Юрий Александрович

СВИРИН

Get Adobe Flash player

О ПРЕДМЕТЕ ДОКАЗЫВАНИЯ В ГРАЖДАНСКОМ ПРОЦЕССЕ

Специфика судебного доказывания обусловлена тем обстоятельством, что  суд опосредовано познает обстоятельства дела, юридические факты которые имели место в прошлом. Суд не являлся субъектом на которого непосредственно воздействовали  обстоятельства и которые еще только предстоит доказать. Не случайно ч.1 ст.56 ГПК РФ закрепляет правило согласно которому каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основание своих требований и возражений. Таким образом, законодатель обязывает лиц участвующих в деле и прежде всего сторон предоставить в суд доказательства, обосновывающих основание своих требований, что, собственно говоря  является также и основанием иска. Несмотря на то, что в ГПК РФ не содержится определения доказывания, можно констатировать, что предметом доказывания и будут являться те обстоятельства, которые необходимо доказать в процессе.

Руководствуясь принципом состязательности, сторона процесса должна определить как сам предмет доказывания, так и средства с помощью которых она собирается доказывать указанные выше обстоятельства. Следовательно, от степени юридической квалификации сторон или их представителей зависит какое решение, в чью пользу вынесет суд.

Т. работая заместителем генерального директора ФГУП «Нефтехимтранс» 18 сентября 2012 года получила на свою зарплатную карточку 160 тыс. рублей со счета предприятия. 28 сентября 2012 года Т. была уволена за прогул. В июне 2013 года ФГУП «Нефтехимтранс» обратилось в Пресненский суд г. Москвы с иском об обязании Т. возвратить работодателю 160 тыс. рублей как неосновательно приобретенное имущество, а также возвратить на предприятие свою трудовую книжку для внесения в нее записи об увольнении по инициативе администрации.

В обосновании своих требований истец указал, что ответчик, будучи зам. директора по финансовым вопросам находясь в сговоре с главным бухгалтером предприятия перед увольнение незаконно списали со счета предприятия крупные денежные суммы и перевели их на свои зарплатные карточки. А также то, что ответчик будучи зам. директора перед увольнением похитила с предприятия трудовые книжки, в том числе и свою.

По результатам рассмотрения дела, мной в прениях  было указано следующее.

Поскольку в соответствии со ст. 56 ГПК РФ: «каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается»:

1. Истец не доказал в суде факта сговора Т. с главным бухгалтером на хищение или иного незаконного получения денежных средств со счета предприятия, а также иного недобросовестного поведения ответчика, направленного на незаконное (необоснованное) обогащение.

На мой вопрос  в судебном заседании  о том, имеются ли доказательства  такого сговора, представитель истца заявил, что «они предполагают такой сговор».

Однако, суд не может решение обосновывать предположениями,  решение суда должно основываться на фактах, доказанных и установленных в судебном заседании. Главный бухгалтер в судебном заседании не допрашивалась, а установить иначе совместный сговор не представляется возможным, тем более, что согласно выписки из банка, денежные выплаты в сентябре 2012 года одновременно получили не только ответчик и главный бухгалтер, но и другие сотрудники предприятия. В таком случае следовало бы предположить, что все сотрудники предприятия находились в сговоре на хищение денежных средств.

Кроме того, на основании табеля, представленного суду на обозрение, установлено, что на момент так называемого «незаконного перевода денег» и «хищения трудовых книжек», Т. отсутствовала в офисе и никоим образом не могли своими действиями способствовать незаконному  перечислению денег со счета предприятия.

2. В судебном заседании  директор ФГУП «Нефтехимтранс» Д. заявил, что Т. с главным бухгалтером «похитили денежные средства со счета предприятия, обнулив таким образом счета».

Однако, на  мой вопросД.  показал, что в полицию по факту кражи он не обращался. Кроме того иск Д. к Т. в суд был подан почти год спустя после выплаты денег. Это обстоятельство подтверждает, что Д. в сентябре 2012 года зная о переводе денег «без оснований» (как он утверждал в Преображенском суде), но при этом он никаких действий не предпринимал по возврату похищенных  денег.

3. В судебном заседании было подтверждено, что ключи от системы банк-клиент находились у директора и бухгалтера.Следовательно, Т. сама себе не могла перечислить никаких вознаграждений. А поскольку вознаграждения в сентябре 2012 года перечислялись не только Т. и главному бухгалтеру, но и другим сотрудникам, то утверждать о наличии  умысла Т.на хищение абсурдно.

В соответствии со ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи…. и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки. На этом основании возврат 160 000 рублей не возможен, даже если данную выплату и можно квалифицировать как неосновательное обогащение.

4. Между Т. и истцом был заключен бессрочный трудовой договор № 1-161/2011, по которому Т. была принята на работу на должность заместителя директора по экономике и финансам. И на момент выплаты ей 160 000 рублей (18 сентября 2012года)являлась штатным сотрудником предприятия. Выплаченные Т. деньги являются средствами к существованию. Истцу, чтобы выиграть спор следовало доказать наличие одного из двух обстоятельств: недобросовестность со стороны Т. или наличие счетной ошибки. Действительно приказа о перечислении денег Т. не было. И выплаченную сумму можно квалифицировать, как неосновательное обогащение. Но на протяжении всего процесса истец представлял много разных доказательств, носящих по существу голословный характер и никак не связанных с «недобросовестностью». Таким образом, истец совместно со своим юристом неправильно определили предмет доказывания и их исковые требования «в силу закона» сразу были обречены.

5. Кроме того, мной было обращено внимание суда на то, что приказ об увольнении Т. № 21у представленный в суд является незаконным и фиктивным. Поскольку  в июне 2013 года истец в Мещанский суд г.Москвы предоставлял точно такой же приказ об увольнении Т., но только с номером 1у. Мещанский суд  18 июня 2013 года вынес решение основываясь на  приказе 1у. Решение суда вступило в законную силу и имеет преюдициальное значение для тех же сторон  в другом процессе. Однако в действующем процессе в Преображенском суде истцом был предоставлен совершенно иной приказ об увольнении Т.(за другим номером). Предоставление в разные суды приказов об увольнении Т.  за разными номерами свидетельствует о том, что приказа о ее увольнении 28 сентября 2012г. не было и только в последующем работодатель задним числом стал подгонять приказы под конкретный судебный процесс.

Было обращено внимание суда также на то, что кадровый приказ работодателя издается по унифицированной форме № Т-8 или Т-8а (утв. Постановлением Госкомстата от 05.01.2004 № 1). Таким образом, для трудовых приказов законодатель предусмотрел обязательную форму, поскольку подобные кадровые приказы относятся к первичным учетным документам, а несоблюдение обязательной формы любого документа влечет недействительность самого документа. В приказе обязательно должны стоять коды по ОКУД и ОКПО, внизу приказа после подписи руководителя обязательно должна быть строка «Ознакомлен, личная подпись, расшифровка подписи». Отсутствие ее в оспариваемом приказе говорит о том, что работодатель и не собирался знакомить Т. с приказом об увольнении. А поскольку приказ об увольнении является фиктивным, Т. не выдали до настоящего момента трудовую книжку, то следует признать, что  именно работодатель обязан уплатить ей денежной возмещение за задержку выдачи трудовой книжки.

6. Требование возврата трудовой книжки также по моему мнению не подлежало удовлетворению. Утверждение истца в судебном заседании 25 сентября 2013 года о том, что Т. летом 2012 года похитила все трудовые книжки с предприятия является несостоятельным. О хищении в течение года работодатель не заявлял в органы полиции. Никаких доказательств, что, именно, Т. похитила трудовые книжки истец в судебное заседание не предоставил.

Т. не могла самостоятельно забрать с предприятия трудовую книжку и ее похитить.  Поскольку согласно Правилам ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей утвержденных Постановлением Правительства РФ от 16.04.2003 N 225,именно на работодателя возлагается обязанность по учету и хранению трудовых книжек как бланков строгой отчетности, которые должны храниться в сейфах, металлических шкафах или специальных помещениях, позволяющих обеспечить их сохранность (п. 6.2 Положения о документах и документообороте в бухгалтерском учете, утвержденного Минфином СССР от 29.07.1983 N 105).

В соответствии с п. 45 Правил ведения и хранения трудовых книжек ответственность за организацию работы по ведению, хранению, учету и выдаче трудовых книжек и вкладышей в них возлагается на работодателя.

Трудовые книжки, вкладыши в них, бланки подлежат учету в организации (п. 40 Правил ведения и хранения трудовых книжек). Для этих целей Постановлением Минтруда России от 10.10.2003 N 69 утверждены следующие книги, обязательные для ведения работодателем:

1) приходно-расходная книга

2) книга учета движения трудовых книжек и вкладышей в них.

Книга ведется в целях регистрации полученных трудовых книжек и вкладышей в них от работников при приеме на работу, при увольнении, а также при оформлении дубликатов или заведении новых трудовых книжек или вкладышей в них.

В соответствии со ст.84.1 ТК РФ в день увольнения работодатель обязан был выдать Т. трудовую книжку. Если работник в день увольнения не был на работе, то работодатель должен был направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте (ст.84.1 ч.6 ТК РФ и п.36 Правил ведения и хранения трудовых книжек). Работодатель не исполнил данной обязанности до настоящего времени. В судебное заседание 25 сентября 2013 года истцом представлялась книга движения трудовых книжек. Однако, из содержания представленной книги видно, что она ведется не по форме, в ней отражаются сведения ни о  движении трудовых книжек, а составленные акты о невыходе на работу, что противоречит вышеуказанным нормативным актам.

Также было обращено внимание суда на тот факт, что в книге нарушен порядок нумерации приказов об увольнении, что доказывает наличие подтасовки документов и фактов со стороны работодателя.

Учитывая все вышесказанное, я просил суд отказать в удовлетворении исковых требований. Суд согласился и вынес решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Указанный пример, наглядно показывает что от верного определения предмета доказывания зависит объем представляемой информации и в конечном итоге результат по делу.